Почти 40 дней интенсивных ударов США и Израиля не лишили Иран способности продолжать войну. Тегеран сохранил значительную часть ракет, мобильных пусковых установок и распределённого военного производства. Однако конфликт одновременно показал пределы иранской мощи: воздушное пространство страны оказалось уязвимым, флот понёс тяжёлые потери, а интенсивность ответных атак постепенно снизилась.
Перемирие вступило в силу 8 апреля, но не устранило причины противостояния. Президент США Дональд Трамп объявил о начале новой экономической операции, призванной усилить изоляцию Ирана и добиться краха его правительства. Тегеран воспринимает это не как альтернативу боевым действиям, а как продолжение войны другими средствами. Поэтому военное командование пересматривает стратегию, готовясь к возможному возобновлению ударов.
Иранские власти утверждают, что после 12-дневной войны 2025 года производство вооружений удвоилось, а с 28 февраля выпуск некоторых приоритетных изделий вырос более чем втрое. Проверить эти показатели независимо невозможно. Тем не менее сама структура оборонной промышленности объясняет, почему массированные бомбардировки не дали Вашингтону окончательного результата. К производству привлечено свыше 9300 компаний, а часть объектов распределена по территории страны и размещена под землёй.
❞«Мы ограничили представление новых вооружений и оборудования, чтобы застать противника врасплох и защитить оборонную информацию и государственные секреты», — представитель Министерства обороны Ирана Реза Талаи-Ник.
Отказ показывать новые системы может означать как реальную смену режима секретности, так и попытку скрыть ущерб. После войны публичная демонстрация техники становится элементом психологического противоборства: Ирану важно убедить противника, что его запасы восстанавливаются, не раскрывая фактические объёмы производства.
Оценки сторон радикально расходятся. Белый дом сообщил об уничтожении более 85 процентов иранской оборонно-промышленной базы, большей части ракет, пусковых установок и дальних беспилотников. Американская разведывательная оценка, появившаяся позднее, давала другую картину: Иран мог сохранить около 75 процентов мобильных установок и 70 процентов довоенного ракетного арсенала. Продолжение запусков после дополнительных июльских ударов подтверждает, что ударный потенциал Тегерана не был ликвидирован.
Главной сильной стороной Ирана оказалась не способность остановить авиацию противника, а возможность наносить ответные удары и повышать их стоимость. Простые беспилотники заставляли США расходовать дорогие перехватчики, вскрывали позиции радиолокаторов и нарушали работу аэропортов, энергетических объектов и морских маршрутов. Это стратегия истощения: даже недорогой аппарат полезен, если для его уничтожения приходится применять значительно более дорогую ракету.
Одновременно война обнаружила наиболее опасную слабость Ирана. Устаревшие ВВС и основные комплексы ПВО не смогли закрыть небо от американской, израильской и арабской авиации. Отдельные успехи переносных и электрооптических систем, а также потеря США не менее 45 беспилотников MQ-9 Reaper не меняют общей картины. Иран способен причинять нападающей стороне ощутимый ущерб, но пока не может надёжно защитить ключевые объекты от длительной воздушной кампании.
На море ситуация похожа. США заявили об уничтожении более 150 кораблей, всех иранских подлодок и 97 процентов запасов морских мин. Однако оставшихся ракет, дронов и скоростных катеров оказалось достаточно, чтобы перевозки нефти через Ормузский пролив не вернулись к довоенному уровню. Тегерану необязательно полностью перекрывать этот маршрут: достаточно поддерживать риск, повышающий стоимость страхования и перевозок. Через давление на судоходство локальная война превращается в проблему мировой энергетики.
Итог конфликта нельзя считать однозначной победой одной из сторон. США доказали способность наносить масштабный ущерб практически безнаказанно в воздухе, но не смогли уничтожить рассредоточенный ракетный потенциал. Иран потерял значительную часть обычных сил, однако сохранил инструменты асимметричного ответа. Без содержательных переговоров наиболее вероятен цикл новых ударов, экономического давления и ограниченных атак. Чем дольше он продолжается, тем выше риск случайной эскалации, наземной операции и нового скачка цен на нефть.
У новости пока нет комментариев, станьте первыми кто оставит свой комментарий