Заявление Вашингтона о готовности блокировать иранские порты «неограниченно долго» переводит противостояние с Тегераном в войну ресурсов и выносливости. Министр обороны США Пит Хегсет рассчитывает поддерживать давление за счет ротации кораблей, а министр финансов Скотт Бессент анонсировал новые меры экономической изоляции. Однако рекордный поход USS Abraham Lincoln показал: даже у крупнейшего флота есть пределы.
Блокада стала продолжением американо-иранского конфликта и тупика на переговорах о прекращении огня. Иран перекрыл Ормузский пролив в начале марта, а с 13 апреля США ограничивают доступ к иранским портам. Для Тегерана это удар по нефтяному экспорту: заявленные потери уже составили не менее 6 млрд долларов. Вашингтон стремится заставить иранское руководство уступить без нового масштабного наступления.
Но блокада требует кораблей сопровождения, авиации, снабжения, ремонта и тысяч военнослужащих. USS Abraham Lincoln вышел из Сан-Диего еще в ноябре и провел в море более 260 дней. На борту находятся свыше пяти тысяч моряков и морских пехотинцев. Американские законодатели сообщили о проблемах с водой, нехватке необходимых вещей и ухудшении психологического состояния экипажа. Пентагон называет такую картину искаженной и отрицает сообщения о погибших.
❞«Военно-морские силы Соединенных Штатов могут поддерживать такую блокаду неограниченно долго, потому что мы будем проводить ротацию кораблей, как делали это раньше и продолжим делать», — Пит Хегсет.
Формально этот расчет возможен: США располагают сетью баз и крупнейшим авианосным флотом. На смену Abraham Lincoln направляется USS George Washington. Однако его переброска из Тихого океана ослабляет американское присутствие в регионе, где Вашингтон одновременно сдерживает Китай и поддерживает союзников. Цена блокады измеряется не только расходами у берегов Ирана, но и сокращением свободы действий США в других частях мира.
Существует и технический предел. Реактор атомного авианосца не требует частой заправки, но авиация, вооружение, оборудование и экипаж нуждаются в постоянном снабжении и обслуживании. Часть ремонтных работ невозможно выполнить в море. Чем дольше корабль остается без захода в порт, тем выше риск неисправностей, усталости людей и снижения боеготовности. Поэтому слово «бессрочно» описывает политическое намерение, а не способность одного соединения бесконечно выполнять задачу.
Тегеран делает ставку на асимметричный ответ: угрозу американским кораблям, действия союзных сил и давление на энергетическую инфраструктуру соседних государств. Главный рычаг Ирана — Ормузский пролив, через который в обычных условиях проходит примерно пятая часть мировой морской торговли нефтью. Ограничение судоходства повышает стоимость перевозок и страхования, бьет по странам Залива и подталкивает их добиваться переговоров.
❞«Ормузский пролив остается заблокированным и не будет открыт до тех пор, пока условия Ирана не будут приняты», — Управление Персидского залива и пролива Ирана.
Позиции сторон фактически зеркальны. США надеются, что падение нефтяных доходов и инфляция вынудят Иран отступить. Тегеран рассчитывает, что нагрузка на американский флот и риски для мировой экономики раньше заставят уступить Вашингтон. При этом ухудшение жизни населения не обязательно быстро изменит решения иранского руководства, ориентированного прежде всего на сохранение политической устойчивости.
В ближайшей перспективе блокада, вероятно, сохранится, но ее интенсивность будет зависеть от ротации и состояния флота. Чем дольше отсутствует соглашение, тем выше вероятность инцидента в море, скачков нефтяных цен и расширения конфликта. Компромисс возможен через взаимные уступки: смягчение блокады и санкций в обмен на восстановление судоходства и гарантии безопасности. Иначе «неограниченный срок» станет соревнованием на истощение, последствия которого почувствуют далеко за пределами региона.
У новости пока нет комментариев, станьте первыми кто оставит свой комментарий